Love and Hate, Part 2

Та ночная прогулка в лесу не выходит из головы. Как бы сильно я не старался забыть об этом, ничего не получается. Ее сладкий стон преследует меня во снах. И каждое утро я просыпаюсь с каменным стояком, от которого не так просто избавиться. Я представляю ее губы вокруг своего члена. Вспоминаю стоны, что она издавала, пока мои пальцы были в ее мокрых трусиках. И зажмурив глаза посильней, у меня получается кончить. Но получить удовлетворение – нет. Мне нужно больше. Нужна она. Подо мной. Надо мной и рядом. Ведь под кожу она уже проникла. Стала течь по моей крови, отравляя ее с каждым днем все больше. Я дышал ей. Я жил ей. Я чувствовал ее запах в коридоре. И если раньше, видя ее перед началом урока, я вызывал у себя ненависть, что помогала мне справиться, отодвинув эту зависимость подальше. Но сейчас это не работало. Как бы сильно я не заставлял себя ее презирать – возбуждение побеждало. Переливалось через край. Заполняло мои легкие. Вскрывало черепную коробку, мешая думать. Везде была она. И если я снова не почувствую ее вкус. Не увижу безумный взгляд, наполненный страстью и презрением, то просто сдохну под ближайшим деревом. Умру от нехватки чувств, которыми она начала меня снабжать. И я должен этого не допустить.
Я ждал ее в коридоре. Караулил перед библиотекой, как ненормальный. Но она сделала меня таким, и должна была за это ответить. Я оборачивался на каждую, кто покидал помещение. Но лишь однажды мое сердце пропустило удар. Тот момент, когда вышла в коридор, заталкивая книгу в сумку и поправляя волосы. Я увидел в ее глазах испуг. Но он исчез так быстро, словно бы его и не было. Мне было видно, как эта эмоция сдалась. Уступила месту интересу и огню. Она не прочь была поиграть, я прекрасно это знал. Конечно же, она так легко не сдастся. А я никогда не уступлю. Но какая разница, если в конце мы с ней должны оказаться в одной постели и подарить друг другу лучшие оргазмы, что заставят забыть обо всем?
– Что ты здесь делаешь? – строго спрашивает она, собираясь пройти мимо.
Но я оказываюсь быстрей. Преграждаю ей путь. Глубоко вдыхаю, наполняя легкие ее ароматом, по которому скучал, словно сопливый подросток. Черт, эта девочка выворачивает меня наизнанку.
– Мы договаривались о еще одном споре, - напоминая я, улыбаясь.
– Мы не договаривались, - поднимает она подбородок повыше, желая казаться смелой.
Я улыбаюсь еще шире. Хочу протянуть руку и потрогать ее волосы. Но одергиваю себя, заглядывая ей в глаза и желая проникнуть в самую душу.
– Можем договориться сейчас, - легко пожимаю плечами и окончательно вывожу ее из себя.
– Слушай, отвяжись от меня. То, что тогда произошло было ошибкой, - тихо говорит она, посматривая по сторонам.
– Нет, не было. И ты это прекрасно знаешь, - я немного наклоняюсь. Замечаю, как сбивается ее дыхание.
– Убеждай себя в этом.
– Ты такая врунишка, - довольно произношу я, с удовольствием пялясь на ее грудь, что начала вздыматься чаще. Как бы мне хотелось расстегнуть несколько пуговиц.
– Все, отвали, - она толкает меня в грудь, но я перехватываю ее ладонь.
Теперь ее пальцы на том месте, где бьется мое сердце. Она замирает, потому что чувствует, как оно колотится. Из ее рта вырывается тяжелый вдох. Губы остаются приоткрытыми, и я машинально облизываю свои, не в силах удержаться.
– Хочу тебя поцеловать, - выпаливаю я быстрей, чем успеваю подумать.
Но не жалею. Потому что вижу, как ее щеки окрашиваются в красный. И этот румянец ей так идет, что сносит крышу. Член в штанах напрягается, и мне очень нужно, чтобы она пошла со мной. Прямо сейчас. Желательно навсегда.
– Ты молчишь, а значит, тоже этого хочешь, - шепчу я, наклоняясь еще ниже. Между нашими губами всего несколько миллиметр, и это будоражит. Как и опасность. Ведь мы все еще посреди коридора. И нас могут увидеть в любой момент.
– Это да? – продолжаю спрашивать я.
И я вижу это. Она сдается. Плечи опускаются, а румянец на щеках становится еще ярче.
– Да, - выдыхает она, и я тут же ловлю этот вздох. Прижимаюсь к ее губам. Слишком быстро и нежно. Тут же отстраняюсь, замечая, как она начинает тянуться навстречу.
– Ты пойдешь со мной? – я протягиваю свою ладонь и жду ответа. Я открыт и честен. Сбросил все свое оружие, отпихнув его в сторону. И сейчас я жду, что она сделает то же самое.
– Я ненавижу проигрывать, - она поднимает глаза, и ее взгляд огненно пылает.
– Но мы уже проиграли, детка, - с сочувствием произношу я. Наклоняюсь к ее уху. Облизывая мочку и наслаждаясь едва слышным стоном. – Эти чертовы чувства победили. Давай поднимем руки и примем поражение. Пошли со мной.
Она колеблется. Я прямо слышу, как громко она думает. Но я не тороплю. Даю ей немного времени, чтобы принять решение. И плевать, что я уже заранее знаю ответ. Мне нужно, чтобы и она с ним смирилась.
И она делает это. Вкладывает свою похолодевшую ладонь в мою и смело поднимает глаза. И я больше не вижу там сомнений.
Я веду ее за собой по коридору, используя короткий путь. Как хорошо, что за годы учебы я успел изучить эту школу наизусть. И к счастью, нам никто не встречается на пути.
Я пропускаю ее в свою комнату и тут же закрываю дверь на ключ. Оборачиваюсь, и меня едва не сбивают с ног. Она сама тянется ко мне. Обнимает за шею, начиная целовать. Проводит языком по нижней губы, и я громко стону, потому что ее вкус – самое потрясающее, что я пробовал в этой жизни. Я открываю рот шире, позволяя нашим языкам столкнуться в танце. Мы быстро целуемся, позволяя похоти завладеть нами. Ее пальцы опускаются ниже. Достигают пуговиц моей школьной рубашки, начиная нетерпеливо вытаскивать их из петель. Мы топчемся на месте, а затем сдвигаемся в сторону, все это время не разрывая поцелуя. Мои ноги упираются в матрас. Я тут же сажусь, развожу ноги в стороны и подтаскивая ее ближе. Очерчиваю бедра руками, сжимаю ткань юбки и так сильно хочу узнать, насколько она уже мокрая?
Она отстраняется. Смотрит на меня сверху вниз и застенчиво улыбается. Продолжает сражаться с пуговицами. И когда ей это удается, я помогаю ей стащить с меня рубашку. Мое тело напрягается, когда ее пальцы начинают ползти по обнаженному торсу. Но контрольным выстрелом становится ее поцелуй. Она наклоняется и целует меня в плечо. Опускается ниже, облизывая шею, а затем достигает груди, от чего я уже не в силах сдерживать рвущиеся стоны, а также самого себя. И я не сдерживаюсь, начиная постанывать, наслаждаясь ее прикосновениями. Каждое ее касание - новый звук, вырывающийся из моих уст. Мне хочется показать ей, что именно она со мной делает. И чем дальше она двигается по моему телу, тем громче я эмоционирую, начиная хрипеть.
Мои руки возвращаются к ней на талию. Я сильней обхватываю ее, а затем бросаю на кровать, нависая сверху. Она смеется, обнимая меня. А я замираю, потому что впервые слышу ее смех. Он искренний и светлый. А главное – он адресован мне.
Я снова целую ее. Глубоко и пошло. И она охотно выгибается мне навстречу. Трется бедром о выпирающуюся эрекцию, заставляя трескаться последние ниточки терпения. Моя рука скользит ей под юбку и замирает на границе белья. Я снова смотрю на нее, любуясь.
– Я могу сделать это, принцесса? Ты позволишь мне трогать тебя как в тот раз?
– Я позволю тебе даже больше, - выдыхает она, и сама чуть сильней разводит ноги в стороны.
Она стонет, когда мой палец трогает ее через намокшее белье. И моя выдержка на самом деле трещит по швам, потому что сейчас я не могу заставить себя медлить. Снимаю ее белье, отбрасывая его в сторону. И палец тут же нащупывает чувствительную горошинку, начиная играть с ней.
Я чувствую, как она двигает бедрами мне навстречу. И она до сих пор цепляется за мои плечи. А в какой-то момент прикрывает глаза.
– Нет, прошу, смотри на меня, - произношу я, с удовольствием наблюдая за тем, как ее глаза распахиваются. Они полны похоти и желания. И черт, я навсегда хочу запомнить ее такой. – Тебе нравится то, что я делаю?
– Очень, - тут же отвечает она, тут же прикусывая нижнюю губу.
– Ты хочешь большего?
– Я хочу тебя, - говорит она, наслаждаясь движением моих пальцев на своем клиторе. Я знаю, что подталкиваю ее к краю. Что могу заставить ее кончить совсем скоро. Но мне нужно другое. Надо чувствовать, как она будет сжиматься вокруг меня, выкрикивая мое имя.
– Ты можешь расстегнуть свою рубашку, милая? – спрашиваю я, потираясь о ее бедро пахом.
В ответ она лишь кивает головой. Ее пальцы начинают расправляться с пуговицами. И я вижу, что она нарочно делает это медленно. В ответ на это, я практически перестаю ее ласкать. И она тут же надувает губы, в которые я впиваюсь поцелуем, потому что больше не в силах терпеть.
Я чувствую, как она приподнимается. Как стаскивает свою рубашку, а затем расстегивает лифчик. Мой палец замирает у самого входа. И я дразню ее, от чего смазки становится еще больше. И в этот момент я любуюсь этой картиной. Ее обнаженным телом на моей кровати. Ее запутанными волосами на моем любимом покрывале.
– Я могу попробовать ее на вкус?
– Пожалуйста.
Я наклоняюсь, высовывая язык. Обвожу торчащий сосок, затем переключаюсь на второй. А она сама делает движение бедрами вперед, потому что больше не в силах терпеть.
– Пожалуйста, я больше не могу терпеть, - выдыхает она, запуская пальцы мне в волосы и снова притягивая к груди, будто бы хочет, чтобы я продолжал лизать и сосать, слегка прикусывая. И я подчиняюсь, потому что какого-то черта уже не могу ей отказать.
Мне требуется время, чтобы избавиться от брюк. Но я радостью кидаю их на пол вместе с бельем. И когда возвращаюсь к ней, то замечаю этот жадный взгляд, которым она одаривает меня и мой толстый и готовый на все и горячий член. Ее ладонь сама тянется вперед. Обхватывает пульсирующий член, а затем делает несколько движений вверх и вниз, от чего я едва не теряю сознание. Я наблюдаю за ней, затаив дыхание. Чувствую, как трясется ее ладонь. И как она прикладывает усилия, чтобы полностью обхватить мой член и ускорить движения. И теперь я понимаю, что именно она имела в виду, когда говорила, что не в силах терпеть. Я чувствую тоже самое. Я развожу ее ноги в стороны. Бросаю взгляд на ее губы, а затем задаю немой вопрос, на который так же прекрасно знаю ответ. Но я дожидаюсь, когда она согласно кивает. И тогда толкаюсь вперед, наблюдая за тем, как член исчезает в ней. Сначала наполовину, а затем полностью. Мы стонем в унисон. Ее ноги на моей талии. А мои пальцы на ее бедрах. Я опускаюсь ниже, меняя угол проникновения. Начинаю двигаться быстрей. Целую ее в губы. Обнимаю. Исчезаю в ней полностью.
Простыни под нами оказываются в беспорядке. Мы продолжаем двигаться быстро, приклеиваясь друг к другу. Наши конечности переплетаются. Губы не перестают целовать. И я чувствую, как точно она двигается мне навстречу, отвечая на каждый толчок. Внутри нее восхитительно. Тепло и тесно, от чего эмоции бьют через край.
Я чувствую, что близок к краю. И поэтому опускаю руку между наших тел, начиная ласкать ее клитор. Круговые движения становятся все безумней. А шлепки наших тел заполнили собой всю комнату. Мы стонем, больше не скрываясь и не боясь. Я снова целую ее. Вбиваюсь в ее тело. Обнимаю его. Оставляю там отметины. И она делает то же самое. Впивается короткими ногтями мне в плечи. Ведет ими по спине, а затем прикусывает нижнюю губу, внезапно, замирая. Ее начинает трясти от оргазма. И я делаю еще несколько движений, желая присоединиться. Она сжимается вокруг моего члена, и это самое потрясающее, что я когда-либо испытывал. Я даже не осознаю, что начинаю стонать. Но я не в силах это контролировать. Эта девчонка только что подарила мне небо в алмазах, так что я наполняю свою комнату хриплыми стонами, которых она никогда не слышала. Она обнимает меня, тяжело дыша. Пот стекает по моему затылку, и я не в силах пошевелиться. Мне хочется пролежать так до конца дня, или же всю ночь. И я тут же приподнимаю голову выше, решая попросить ее остаться. И мне хочется верить, что я знаю ее ответ.